"Рыдал после распада СССР и умер в купе поезда". Что перед смертью сказал о своей стране Мелитон Кантария – грузин, взявший Берлин.

Эта статья получилась, пожалуй, одной из самых трогательных на канале. Читать воспоминания героя взятия Берлина Мелитона Кантарии, водрузившего вместе с Егоровым и Берестом красный флаг на рейхстаг, очень тяжело. Эмоциональная боль, которую испытывал после войны этот человек, пропитывает и читателя.

Без слез тут точно не обойдется.

Пожалуйста, дочитайте статью до конца. И покажите своим детям или внукам. Пусть знают, что такое настоящий советский человек

Крепкая рука

Август 1992 г. Грузинские войска в Абхазии. Бывшая "здравница" Советского Союза все больше напоминает пылающий дом. В городах грабежи и стрельба. Еще некогда братья грузины и абхазы неистово истребляют друг друга.

Юного корреспондента Георгия Зотова пригласил домой крепкий старик. На столе душистые персики и сыр сулугуни. Хозяин дома достал чачу и наполнил два стакана до краев. Рука, как положено прожжённому и матерому солдату, не дрожала. Первый тост, который всегда произносил грузин, звучал так: "За великий советский народ". Осушив стакан одним залпом, старик зарыдал и сквозь слезы спросил:

"Сынок, я завидую моему другу Мише Егорову, знаешь почему? Потому что он не стал свидетелем того, что вижу я, как разваливается наша великая Родина. Родина, за которую кровь проливали и переломили хребет проклятому Гитлеру. Почему все так случилось? Ответить на этот вопрос я не в силах. Я жалею, что дожил до этого момента. Лучше всего этого не видеть. Скажи мне, куда теперь знамя водружать, куда его отнести?

Звали старика Мелитон Кантария. Через год с небольшим после этого разговора он умрет. Его имя знал каждый советский школьник, однако мало кто себе представляет, как сложилась жизнь великого грузина после фронта.

"Георгий Константинович, навоевался я уже!"

Мелитон Варламович со слезами на глазах читал газетные статьи позднего СССР, в которых опьяненные гласностью псевдоэксперты заявляли, что знаменитый снимок на крыше рейхстага – "дешевая инсценировка" ради пропаганды.

"Хороша ведь инсценировка, генацвале" – ругался старик, с присущей кавказцам эмоциональностью. "В рейхстаге полно эсэсовцев, а на улицах их еще больше. Стреляли в нас не переставая. Казалось, что стены вот-вот рухнут. Вы думаете, почему нас втроем туда направили – думали двоих положат, но хотя бы один доберется. С огромным красным полотном мы были для них мишенью в тире, видно нас было из каждого угла. Пули свистели только так. Даже после выполнения задачи, мне прилетело замечание: мол, где ремень? А им я и привязывал знамя, чтобы крепче держалось"

Мелитон Кантария про войну вспоминал очень редко. Рассказывал неохотно. Тяжело было "ковыряться" в фронтовых воспоминаниях и тревожить незатянувшиеся раны. Простой грузин из села Джвари прошел всю войну от звонка до звонка. Пережил тяжелое ранение и совершил с товарищами подвиг в Берлине.

После войны 26-летний Мелитон Варламович трудился простым работягой на шахте, потом стал плотником. "Звездной болезнью" никогда страдал. Всегда принимал товарищей и простых людей за большим столом. В 1962 г. у него дома целую неделю гостил сам Георгий Жуков.

"Отчего ты тут сидишь? Тебе в армию надо. Окончишь академию, глядишь и генеральские погоны получишь. Я подсоблю" – настаивал Жуков. "Фашистов бил 4 года. Хватит, навоевался. Пойду только если Родина позовет – рядовым" – спокойно отвечал Кантария

Гордился своей новенькой "Волгой", но после смерти друга – Миши Егорова (погиб в автокатастрофе) – за руль больше не садился. Продал машину от греха подальше.

В 1970-х гг. жизнь Кантарии круто изменилась. Стал депутатом, возглавил мясной магазин. С семейной жизнью у Мелитона Варламовича не сложилось. С первой женой хотел развестись, но партия запретила: "Как же так, герой войны, партиец? Нельзя".

Впрочем Кантария построил отношения с русской девушкой. Первая супруга истерики не закатывала, лишь сказала:

"Мелитон, ты с фронта вернулся. Героем еще. У тебя может быть хоть 10 жен".

Трагичная смерть

Развал Советского Союза потряс Мелитона Варламовича. Сидя за столом с Георгием Зотовым, Кантария сокрушался:

"Как же так, немцы на колени нас не поставили. А мы уничтожили сами себя. Проклятый Гитлер улыбался бы сейчас, потирая руки. Разве я за Грузию сражался? Нет. Мы бились за нашу огромную Советскую страну.

В 1993 г., опасаясь за жизнь своей семьи, Мелитон отбыл в Москву, как беженец (в Грузии Кантария оказался никому не нужен). Московская мэрия выделила ему небольшую квартирку на окраине города. Но пожить в столице уже новой России Герою войны было не суждено. Мелитон не смог пережить горя, постигшего его родную страну. Он скончался на пути в Москву прямо в купе поезда. На похороны официальные лица тогдашней России не пришли.

Похоронили великого человека в родном грузинском селе.

Напоследок своим он сказал:

Все, за что я воевал кануло в лету. Я грузин, но моя Родина – СССР. Они думают, что порознь будет лучше. Они ошибаются. Вот увидите, помяните мое слово.

Скупая слеза скатывается по щеке. Великий сын великой страны, который как в воду глядел.

— Ну, как ты там?
— Да я нормально...
А ты?
— А я на небесах...
Сейчас...
Спущусь — открою тайну.
Не всё же приходить во снах.
— Скажи... как мне тебя увидеть?
Я чувствую — ты где-то здесь...
— Прости...
Боюсь тебя обидеть...
Попробуй окна занавесь.
— Всё... занавесил... тьма...
Не вижу...
— Тсс... не волнуйся так...
Ложись...
Закрой глаза...
Я ближе... ближе...
Ну, чувствуешь? На —
Прикоснись...
— Да, чувствую! Дышать не смею.
Твой запах и твоё тепло...
Ты здесь! О, Боже! Я немею...
Ой... это что?
— ...Крыло.
— А можно я глаза открою?
Лицо, глаза — улыбку глаз!
Хочу увидеть неземное...
— Увидишь... только не сейчас.
Прости, мне надо собираться.
Ну, что за слёзы-то опять?
— А сможем мы ещё встречаться?
— Конечно, я тебе дам знать.
Мы встретимся с тобой, не бойся,
Живи, не плачь, за жизнь борись.
И за меня не беспокойся —
Я жду... но ты — не торопись...

Михаил Петруша

— Если бы мы предложили сдать ЕГЭ следующим людям: Моцарту, Бетховену, бездельнику и двоечнику Пушкину, а также возьмем физиков и химиков для приличия, — Менделеева («двойка» по химии), Эйнштейна, Дирака, Шредингера и так далее, — они бы завалили экзамен. Мы скажем: «По физике «двойка» тебе, Нильс Бор». Он ответит: «Двойка-то двойка, но Нобелевская премия меня ждет по соседству». Именно за этот ответ!

— Мне не важно, чтобы ребенок знал, в каком году Наполеон женился на Жозефине. Мне важно, чтобы он понимал, что происходит на этой планете. Все остальное «гугл» знает уже. Мне нужен тот, кому придет в голову очень необычная мысль. И это будет открытием. Открытие — это ошибки.

— Мы хотим отличников или мы хотим открытия? Мы хотим прорывы в цивилизации или мы хотим армию дурачков, которые выучили бином Ньютона? Мы что хотим-то?

Татьяна Черниговская.

На открытии станции метро «Площадь революции» в 1938 году Сталин был под таким впечатлением от бронзовых фигур, созданных скульптором Матвеем Манизером, что повторял только одну фразу: «Как живые… Как живые!»

Для скульптуры студента с книгой автору позировал Аркадий Гидрат, многократный чемпион Москвы и рекордсмен СССР по прыжкам в высоту, один из 50-ти лучших прыгунов за всю историю СССР.
Участник Финской, а позже Великой Отечественной войны. В 1941 он добровольцем ушел на фронт, и уже в сентябре рота под его командованием защищала Ленинград, пытаясь остановить полную блокаду города.

Все годы Валентина и Ольга - жена и дочь Аркадия Гидрата приходили к скульптуре в метро просто посидеть рядом. Приносили цветы и плакали, потому что больше им прийти было некуда – 60 лет Аркадий Гидрат числился пропавшим без вести.

А потом случилось чудо. Поздним вечером 2000-го года волонтер из отряда поисковиков Вячеслав Прохоренко нашел останки солдата на Синявинских высотах в Ленинградской области.
При них - петлицы младшего лейтенанта. А в кармане гимнастерки - заветный медальон с запиской. Истлевшая бумажка рассыпáлась на глазах, буквы расплывались, медлить было нельзя, поэтому весь отряд, включив фонари, четыре часа в ночной темноте осторожно и бережно разворачивал крохотный бесценный обрывок.
«Гидрат Аркадий Антонович, город Гусь-Хрустальный, поселок Красный».
И чуть ниже:
«Гидрат Валентине
Живи счастливо.
Аркадий».

Весной 2001 года Аркадий Гидрат был похоронен с воинскими почестями на мемориале на Синявинских высотах, а найденные при нем вещи переданы дочери Ольге.

На станции метро «Площадь революции» часто встречаются влюбленные. Здесь много счастливых примет: дотронуться до бронзовой туфельки девушки, идя на свидание или до флажка сигнальщика, чтобы день был удачным. Или потереть нос пограничной собаке, чтобы сдать экзамен.
Пусть будет еще одна примета – живые цветы у скульптуры студента с книгой.
В память о всех погибших и пропавших без вести на той войне.

Он шёл совсем один с портретом своего отца в одной руке и с тросточкой - в другой. В плаще, который, наверное, был очень модным когда-то в 70-х.
Весь Бессмертный полк прошел уже давно и я собиралась поискать где бы перекусить. Вечером уходил мой поезд из Петрозаводска, куда я вырвалась на один денёк. Но этот неприкаянный старик почему-то привлек мое внимание и я сфотографировала его одинокое шествие с портретом, а затем крикнула: "С Днем Победы вас!" Он ответил мне: "И вас с Днем Победы!", а потом спросил, как получить фотографию.

- Давайте ваш телефон и я вам вышлю, - предложила я.
- Я его только что потерял. Вот ведь беда какая... Понимаете, позвонил сын, я поговорил с ним и сунул телефон во внутренний карман, тот выскользнул похоже. Так ждал этот день, так готовился к параду и вот беда. Весь праздник испорчен. Шествие я пропустил. Я уже в полицию обращался, там молодые ребята все просмотрели, все газоны, телефона нет. Праздники, кто будет искать? А я теперь, как на острове, ни с кем не могу связаться, - растерянно поведал он мне. Уйти я уже не могла. Мы тщетно пытались несколько раз набирать его номер. Там шли гудки, затем говорил автоответчик. Потом я догадалась набрать его родственников. Пожилые люди часто подстраховываются и по старой, еще советской, привычке записывают номера в блокноты. Дедушка протянул листочек с номером зятя.

- Но он на даче, там связь плохая. Да и не возьмёт незнакомый номер, опасается мошенников, - обречённо так сказал.

- Не беда. Я ему смс сейчас напишу. Как его зовут? - не сдавалась я. Мне так отчаянно хотелось ему помочь. Но как?
А потом мы расстались. Он все же решил пройти в одиночестве с портретом отца, а я решила поискать его телефон. Навстречу мне шла девушка - сотрудник полиции. Что-то в ней было открытое и человечное, а я почему-то (второй раз за сегодня) сказала ей:- Тут старик потерял телефон Редми. Расстроен ужасно... - я не успела договорить.
- Он подходил к нам. Мы нашли его телефон. Где он сам?

Я кинулась искать дедушку в праздничной толпе, молясь, чтобы он не свернул куда-нибудь с центральной улицы.

И наконец-то нашла. Я кажется даже больше, чем он обрадовалась находке. Пока шли, узнала, что Ильяс (так звали старика) учитель математики, спортсмен и ему 85 лет.

Мы подошли к тому месту, где я недавно разговаривала с девушкой. Но ее уже не было. Тогда я увидела вдалеке дежурного полиции. Поспешила к нему. Рассказала всю историю и попросила не гонять старика, пусть телефон ему принесут. Он и так еле доковылял с палочкой. Такие нервные потрясения ему уже чреваты.

Решила, что уйду только, когда Ильяс получит телефон в руки. Та самая девушка принесла пропажу и мы с ней долго отказывались от предложения Ильяса угостить нас в кафе. Оказалось, телефон нашел полковник ГИБДД в отставке, принес в полицию, а там уже знали, кто его владелец. Оставалось только привести хозяина за руку. Что я и сделала. Чудесный город, отзывчивые люди.

А всего лишь, мне почему-то захотелось сфотографировать одинокого старика.

Автор и фотография: Юлия Андриенко